(no subject)
Apr. 20th, 2005 07:58 pmЗавтра окружной суд в Тель-Авиве должен был вынести решение по просьбе Яэль Гиршгорен отключить ее от аппаратов. Яэль неизлечимо больна, атрофированы мышцы, не может ни говорить, ни дышать сама. Просит, чтобы дали умереть.
Бумажка, которую получила из канцелярии юридического советника правительства говорит о том, что "поскольку не выполнены все критерии...." и "нет такого закона" - решение будет отложено, поскольку дело серьезное, надо все взвесить до конца, и вообще, Яэль лежит дома, а надо отключать ее от аппаратов в больнице, чтобы проходило все в наилучшем виде и под надзором врачей.
Сама Яэль говорит (моргает, говорить она уже не может), что отключить ее нужно было "еще вчера", что страдания ее невыносимы и жить так она не хочет.
С одной стороны, понятна осторожность советника - а вдруг это давление родственников, да и у кого есть право лишать таким образом жизни.
С другой стороны, абсурд какой-то - такая борьба за жизнь человека, которую жизнью-то назвать трудно, и который жить не хочет давно, считая это издевательством. Когда при этом где-то с такой легкостью теряют жизни тысячи других, молодых-здоровых, которым умирать не хочется совершенно, но их смерть почему-то многим кажется вполне естественной, и в отличие от эвтаназии, вопросов не вызывает.
Бумажка, которую получила из канцелярии юридического советника правительства говорит о том, что "поскольку не выполнены все критерии...." и "нет такого закона" - решение будет отложено, поскольку дело серьезное, надо все взвесить до конца, и вообще, Яэль лежит дома, а надо отключать ее от аппаратов в больнице, чтобы проходило все в наилучшем виде и под надзором врачей.
Сама Яэль говорит (моргает, говорить она уже не может), что отключить ее нужно было "еще вчера", что страдания ее невыносимы и жить так она не хочет.
С одной стороны, понятна осторожность советника - а вдруг это давление родственников, да и у кого есть право лишать таким образом жизни.
С другой стороны, абсурд какой-то - такая борьба за жизнь человека, которую жизнью-то назвать трудно, и который жить не хочет давно, считая это издевательством. Когда при этом где-то с такой легкостью теряют жизни тысячи других, молодых-здоровых, которым умирать не хочется совершенно, но их смерть почему-то многим кажется вполне естественной, и в отличие от эвтаназии, вопросов не вызывает.