![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mozgovayaСамир вел джип, а Халиль, отец Мухаммеда, сидел рядом с ним, держа наготове автомат, стрелявший гранатами со слезоточивым газом. Я и Фатима сидели сзади. Мы медленно ехали по затихшей улице.
-...Слишком тихо, эти вонючие израильские солдаты что-то готовят, - сказал Халиль.
Как бы в подтверждение его слов, с одного из домов был брошен строительный блок. Самир резко затормозил, и блок рухнул на капот автомобиля. Краем глаза я успел заметить, как за парапетом одной из крыш мелькнула каска солдата, который сбросил камень.
- Халиль, это оттуда, - показал я на крышу, с которой был сброшен блок.
- О'кей. Ты и Фатима возьмите его, но помните, что сказал Мухаммед - я не хочу еще одного убитого израильского солдата. Газетчики только того и ждут. Еще одна комиссия по расследованию - это последнее, что нужно сейчас нашей хамуле.
Фатима и я осторожно поднялись по лестнице, ведущей на крышу. Там мы увидели перепуганного израильского солдата. Он был совсе ребенок - приблизительно лет двенадцать. Он попытался спрятаться за бельем, развешанным для просушки. Фатима приблизилась к нему и ударила его дубинкой по лицу. Он упал, обливаясь кровью.
- Я ничего не сделал, я люблю арабов, Богом и Торой клянусь, да здравствует Ясир Арафат, будь прокляты сионисты, - испуганно выпалил он. Фатима принялась ожесточенно пинать его ногами.
- Минуту назад бросил в нас блок, чуть было не раскроил мне череп, а сейчас вдруг полюбил арабов, а, засранец?!
- Оставь его, - сказал я. - Он всего лишь ребенок.
- Он всего лишь ребенок, - передразнила меня Фатима, продолжая избивать парня. - Меня тошнит от чистоплюев вроде тебя и Самира. Из-за таких "детей" Набиль сейчас в госпитале. Эти твои милые детки превратили его в калеку.
...Я крепко обхватил ее. Сначала она отчаянно вырывалась, но постепенно перестала сопротивляться, а ее истеричные вскрики перешли во всхлипывания, которые зазвучали в унисон с плачем окровавленного израильского подростка.
- Я не хочу здесь находиться, - прошептала она. - Я устала от проклятий, и от камней, я устала все время кого-то бить. Поверь мне, что нужно оставить им их гребаные города. Пусть себе продолжают пить пиво в своих мерзких барах и делать маленьких израильских солдат, на кой нам все это нужно?
.......
Пока мы шли вниз, нас сопровождали доносившиеся из-за жалюзи выкрики израильских женщин-солдат. Все здесь ненавидят нас. от годовалого солдата-малыша и до израильских солдат-старух. И что самое неприятное - ненависть их обоснованна.
и т.п.
Этгар Керет, "Моторизованный патруль", из серии "Ивритская проза"
-...Слишком тихо, эти вонючие израильские солдаты что-то готовят, - сказал Халиль.
Как бы в подтверждение его слов, с одного из домов был брошен строительный блок. Самир резко затормозил, и блок рухнул на капот автомобиля. Краем глаза я успел заметить, как за парапетом одной из крыш мелькнула каска солдата, который сбросил камень.
- Халиль, это оттуда, - показал я на крышу, с которой был сброшен блок.
- О'кей. Ты и Фатима возьмите его, но помните, что сказал Мухаммед - я не хочу еще одного убитого израильского солдата. Газетчики только того и ждут. Еще одна комиссия по расследованию - это последнее, что нужно сейчас нашей хамуле.
Фатима и я осторожно поднялись по лестнице, ведущей на крышу. Там мы увидели перепуганного израильского солдата. Он был совсе ребенок - приблизительно лет двенадцать. Он попытался спрятаться за бельем, развешанным для просушки. Фатима приблизилась к нему и ударила его дубинкой по лицу. Он упал, обливаясь кровью.
- Я ничего не сделал, я люблю арабов, Богом и Торой клянусь, да здравствует Ясир Арафат, будь прокляты сионисты, - испуганно выпалил он. Фатима принялась ожесточенно пинать его ногами.
- Минуту назад бросил в нас блок, чуть было не раскроил мне череп, а сейчас вдруг полюбил арабов, а, засранец?!
- Оставь его, - сказал я. - Он всего лишь ребенок.
- Он всего лишь ребенок, - передразнила меня Фатима, продолжая избивать парня. - Меня тошнит от чистоплюев вроде тебя и Самира. Из-за таких "детей" Набиль сейчас в госпитале. Эти твои милые детки превратили его в калеку.
...Я крепко обхватил ее. Сначала она отчаянно вырывалась, но постепенно перестала сопротивляться, а ее истеричные вскрики перешли во всхлипывания, которые зазвучали в унисон с плачем окровавленного израильского подростка.
- Я не хочу здесь находиться, - прошептала она. - Я устала от проклятий, и от камней, я устала все время кого-то бить. Поверь мне, что нужно оставить им их гребаные города. Пусть себе продолжают пить пиво в своих мерзких барах и делать маленьких израильских солдат, на кой нам все это нужно?
.......
Пока мы шли вниз, нас сопровождали доносившиеся из-за жалюзи выкрики израильских женщин-солдат. Все здесь ненавидят нас. от годовалого солдата-малыша и до израильских солдат-старух. И что самое неприятное - ненависть их обоснованна.
и т.п.
Этгар Керет, "Моторизованный патруль", из серии "Ивритская проза"
